Более 40 человек стали первыми участниками Клуба православных родителей. Среди гостей были как выпускники прошлых годов Православной школы будущих усыновителей, так и те, кто только планирует стать родителем для ребенка-сироты.
![]() |
Владыка Пантелеимон отметил, что приемному родителю легче воспитать ребенка, чем кровному, так как последний легко забывает, что его ребенок - тоже «приемный», ведь он получил его от Бога. «Помните, что в лице усыновленного ребенка вы можете послужить Христу, и тогда вам будет легче» - сказал епископ. «Приемный ребенок – не чистый лист, в его душе уже написаны жизнью разные каракули и скверные слова. Исправить это все очень сложно. Но если есть горение веры у родителей, то сам их пример будет для ребенка свидетельством и незаметно изменит его», - считает владыка. Епископ Пантелеимон поделился и личным опытом воспитания четырех дочерей, которое осуществлялось совместно с духовником, и это помогло пережить многие трудности.
Отец Андрей Пинчук создал в Днепропетровской епархии сообщество приемных родителей, представителей разных конфессий и убеждений. Священник привел печальную статистику: 50% известных ему усыновляемых детей приходят в семьи после сексуального насилия. Что касается выпускников российских и украинских детдомов, то 70% из них меняют детдом на тюрьму, 80% выпускниц создают эффект «двойного сиротства», т.е. бросают собственных детей; каждый седьмой детдомовец кончает жизнь самоубийством. Отец Андрей признался, что «ненавидит систему детдомов до корней волос», потому что «сама структура детского дома уничтожает личность ребенка».
![]() |
Священник признался, что ему поначалу всегда трудно полюбить ребенка, которого он сам же и взял под свою опеку. Порой нервы сдают, и после очередного уголовно наказуемого деяния своих чад их хочется просто «задушить». Но постепенно в этом противостоянии выковывается любовь: «Одна мудрая мама, открывшая семейный детский дом и воспитавшая 57 приемных детей, сказала мне однажды такую вещь: “Вы отвечаете за жизнь и здоровье ребенка. Но его жизнь и здоровье могут быть только в счастье. А счастье может быть там, где нет давления. Где есть любовь”».
Священник рассказал о том, что многое о детях-детдомовцах ему раскрыли годы работы в детском доме: «Там дети живут в строгой иерархичной системе, построенной по принципу армии или тюрьмы, в жесткой дедовщине. Я видел случаи, когда дети приговаривали воспитателя к увольнению и исполняли приговор в течение трех суток. В зависимости от детского лидера формируется поведение всех детей. Если лидер отрицательно относится к воровству, воровать не будет никто в этом детском доме. Но если положительно – воровать будут даже те, кто не хочет этого делать. Когда я беру ребенка в семью, и меня спрашивают, что я о нем думаю, я отвечаю, что ничего не знаю, это кот в мешке. Что бы ни сказал любой сотрудник или психолог детского дома об этом ребенке, попадая в семью, он может вести себя совершенно по-другому. Придя в дом, ребенок снимет ту маску, которую он носил в государственном учреждении».
Пример тому - случай с совершенно тихим и довольно послушным усыновленным мальчиком, у которого в дневнике вдруг появилась запись с вызовом в школу родителей: «Ваш сын взрывает петарды», - было написано в дневнике, - вспоминает священник. «На мой вопрос, что это означает, Костя ответил, что ничем таким не занимается. Я списал это на недоразумение. И все же, подобные замечания продолжались. Когда появилась запись: “Можете не приходить, школы больше не будет”, - пришлось провести расследование. Оказывается, ребенок наворовал селитры у местных фермеров и в старом сарае устроил подпольный цех по производству взрывчатых веществ, а в школе он все это реализовывал. Так как у него было много покупателей, и реализаторы были в доле – все были довольны, и школа действительно регулярно сотрясалась. Я, конечно, закрыл эту лавочку, но не потому, что так изъявил свою всемогущую волю родителя. Так бы я просто нажил себе лютого врага. У нас в семье закон: если зарабатываешь деньги, ты обязан платить налоги в семейный бюджет. Этим я пытаюсь приучить ребят к тому, что хотя бы малую часть заработков они должны отдавать семье, образно говоря на коммунальные расходы. В общем, лавочка была прикрыта за неуплату налогов».
![]() |
Заканчивая беседу, отец Андрей подчеркнул, насколько важна поддержка всех, кому тема усыновления небезразлична: «У приемных родителей наступают периоды, когда они ощущают себя в темноте, все вокруг будто умерло и не на кого положиться. Как у Христа в Гефсиманском саду. Даже близкие родственники не могут вас понять. “Какие проблемы? Зачем вы тогда этих детей брали”, - слышал много раз я. И когда встречаешь тех, кто тоже во всем этом “варится”, становится легче. В самый тяжелый момент вы можете просто сказать друг другу доброе слово, и этим поможете».
Встречи Клуба православных родителей станут регулярными и будут собирать своих участников примерно раз в месяц. Те, кто находится в отдаленных районах, в беседе смогут участвовать и посредством вебинаров. В Клуб можно приходить с детьми, им будут предложены досуговые мероприятия: игры, чаепития, отдых на природе.
Подобные неформальные встречи приемных родителей проводятся не только при Марфо-Мариинской обители. Так при Московском фонде «Родительский мост» функционирует родительский клуб «Беседка». В Подмосковном Троицке обсуждает вопросы усыновления Содружество приемных семей «Твердь». При фонде «Отказники.ру» известный психолог Людмила Петрановская также проводит регулярные встречи и беседы с приемными родителями. Если же усыновителям важна духовно-религиозная составляющая поддержки, то в этом плане Клубу православных родителей на сегодняшний день альтернативы нет.